Виктор Муравьев — Летели ангелы
слова Евгений Латаев

Бывают сны реальней были,
Как боль,
Как тягостный недуг…
Над полем ангелы кружили.
Летели ангелы на юг.

Летели ангелы на юг,
Белея в синем поднебесье,
От русских городов и весей.
От русских бед и русских мук.
Парили молча в высоте,
Уже не вестниками блага.
И лишь один тихонько плакал,
Какой-то маленький в хвосте.
И я бежал за ними вслед,
И я протягивал к ним руки:
— Куда ж вы мчитесь, божьи слуги?
В постыдном бегстве чести нет.
Эй вы, святые сторожа,
Ответьте мне перед побегом,
Как жить в России человекам,
Когда без ангела душа?
И мне вожак сказал в ответ,
С небес спикировав навстречу:
— Ты не суди нас, человече.
В тех душах, где мы жили вечно,
Нам нынче просто места нет.
Ни нам, ни вере, ни Христу.
Там, в душах слабых и лукавых,
Такой намешано отравы…
И пусть простит нас Боже правый,
Но нам там жить невмоготу.
И белой тенью на ветру
Он улетел, тая обиду.
То ль к богородице во свиту,
То ли в охранники к Петру.
А мне открылось, как вокруг,
По всей Руси,
Из всяких точек
Взмывали белые комочки,
Как брали твёрдый курс на юг.
Как тщетно силясь устоять
Перед бесовскою отравой,
Моя великая держава
Теряла божью благодать.
И как над крышами лачуг,
Над куполами храмов божьих,
Немного с облаками схожи,
Летели ангелы на юг.
А я стоял, поникший духом,
Когда, прокравшись по плечу,
Мне кто-то тихо дунул в ухо:
— Не бойся.
Я не улечу.

***

Владимир Болотин — Небо в заплатах.

Куда-то всё летит беспечно и крылато:
и облака, и листья, и зарплата.
А нам молчать и тяжело глядеть,
а нам всё ночи не хватает, чтоб взлететь, —
и тяжело пальто (промокла вата)
от тающих снегов, дождей и слёз,
от пьяных осеней и лживых вёсн.

Но небо, добродетелью объято,
нас приголубит и подарит платье:
в нём прорези для крыл, карман для звёзд
и капюшон, чтоб не пожечь волос
об солнце, что уже за головами, —
так долго жили, что оно за нами,
а впереди лишь тень, да путь познанья,
топчи его, топчи, как ветер знамя,
чтоб не достала голыми руками
марксистка, атеистка — смерть…

Куда же всё летит беспечно и крылато:
и облака, и листья, и зарплата?

Им некого обнять, укрыть, согреть?
Летят, лишь только б не достала смерть?
Нет, небо, посмотри, в каких заплатах,
древнее Бога, ветше, чем Завет,
прозрачнее простреленного флага.
А нам всё шага не хватает, чтоб взлететь,
боимся: кто упасть, кто — не взлететь…

Но жизнь свою пускай, как в детстве змей;

пусть из газет, из реек, из тряпья,
пусть нищая, на нитке, пусть твоя,
развей её по ветру поскорей,
над миром плах, крестов, судов и рей,
лети, приговорённый к высоте.
А если падать, только не обратно,
ты голову об землю не разбей —
любимая земля не виновата,
что ты летел беспечно и крылато:
как облака, как листья, как зарплата…